Рейтинг@Mail.ru
home

19.03.2018

СИЗО-контроль – 2

Чиновники СИЗО отказываются допускать адвокатов к арестованным подзащитным. Такую политику в ряде случаев поддерживают и суды, ставя интересы следствия выше прямых требований закона и даже указаний главы государства.

19.03.18. АПИ — Споры о праве защитника встречаться с содержащимся под стражей клиентом без получения на то согласия следователя длятся уже много лет (АПИ о них уже писало – СИЗО-контроль). Несмотря на то что администрации следственных изоляторов (СИЗО) входят в формально независимую от правоохранительных органов структуру Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН), «корпоративный» интерес нередко превалирует над требованиями закона. Нерешенными остаются и другие проблемы, в том числе очереди в следственные изоляторы и возможность встречи арестованных с юристами, консультирующими их по разным вопросам права.

Не пущать

Федеральный закон, регулирующий порядок содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых, изначально предоставлял право адвокатам на свидание с подзащитным по предъявлению служебного удостоверения и выданного юридической консультацией ордера. Истребование у них иных документов запрещалось. В то же время Уголовно-процессуальный кодекс РФ (УПК) предусматривал процедуру «допуска адвоката в уголовное дело». На практике она оборачивалась необходимостью получить согласие у следователя. Учитывая нежелание представителей обвинения на участие независимого защитника, следователи нередко уклонялись от встреч с адвокатами и чинили иные препятствия.

В свою очередь, без такой «визы» администрации СИЗО отказывались предоставлять свидания с находящимся под стражей подзащитным. Получение «допуска» было предусмотрено и утвержденными Минюстом РФ Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов. Однако еще в январе 2001 года Конституционный суд России признал такие требования нелегитимными: «Выполнение адвокатом, имеющим ордер юридической консультации на ведение уголовного дела, процессуальных обязанностей защитника не может быть поставлено в зависимость от усмотрения должностного лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело», – заключила высшая инстанция. Схожие выводы Конституционный суд России неоднократно повторял.

На заседании Совета при Президенте России по развитию гражданского общества и правам человека (СПЧ) проблему злоупотреблений со стороны чиновников ФСИН и следователей признал и Владимир Путин. Инициированные главой государства поправки в УПК исключили само понятие «допуска» адвоката в уголовное дело. Такие меры должны были «создать дополнительные гарантии независимости адвокатов при оказании ими квалифицированной юридической помощи в уголовном судопроизводстве», – отмечалось в пояснительной записке.

Следователь всегда прав

Федеральный закон был принят 17 апреля и через десять дней вступил в силу. Министерство юстиции России, в ведении которого находится ФСИН, подтвердило недопустимость ограничения прав адвокатов на встречу с находящимися под стражей. Тогда как Следственный комитет РФ указал на необходимость получения изоляторами неких сообщений от следователя о вступивших в дело защитниках. В то же время заместитель председателя Следственного комитета РФ Александр Федоров признал, что «решение администрации места содержания под стражей об отказе в доступе адвоката (защитника) не может быть обусловлено лишь отсутствием сведений о наделении адвоката статусом защитника по уголовному делу, не представленных своевременно следователем».

Сами «вертухаи» почти до последнего сопротивлялись реализации либеральных мер. Уже 2 мая администрация столичного СИЗО № 5 («Водник») отказалась предоставить адвокату Виктории Пехтелевой свидание с подзащитным из-за возражений со стороны следственного управления. Московский городской суд признал действия чиновников законными.

Спустя почти год ситуация практически не изменилась. Так, администрация московского СИЗО № 1 («Матросская тишина») не пустила адвоката Марию Стрельник к находящемуся под стражей клиенту. Чиновники заявили, что вопрос встречи может быть решен только после согласования его со следователем, в производстве которого находится уголовное дело. Рассмотрев жалобу на действия должностных лиц ФСИН, судья Преображенского районного суда Ирина Горькова пришла к выводу, что адвокат Мария Стрельник в качестве защитника «к участию в уголовном деле не допускалась, и у администрации не было юридических оснований в предоставлении свидания с обвиняемым». «Само по себе предъявление адвокатом ордера и удостоверения адвоката не является подтверждением обстоятельств его участия в уголовном процессе в качестве защитника Зарубина Д.В., поскольку именно следователь при решении вопроса о допуске защитника учитывает установленные законом ограничения. Например, то обстоятельство, что одно и то же лицо не может быть защитником двух подозреваемых или обвиняемых, если интересы одного из них противоречат интересам другого», – констатировали служители Фемиды. 14 марта апелляционная коллегия поддержала такие выводы.

Сторонние консультанты

В свою очередь в Минюсте утверждают, что отслеживают проблему реализации «президентских поправок». Для ее решения юридическим ведомством уже подготовлен новый законопроект, определяющий порядок предоставления свиданий заключенным под стражу с адвокатом, не вступившим в уголовное дело. 

В настоящее время вопрос таких встреч законодательно не урегулирован. Например, адвокат Алексей Суханов не отрицал, что не являлся защитником обвиняемого и намеревался оказать ему юридическую помощь по не относящимся к производству по уголовным делам вопросам. Рассмотрев жалобу юриста, Конституционный суд России пришел к выводу, что федеральный закон не определяет порядок свидания подозреваемых и обвиняемых с адвокатом, не являющимся защитником по их уголовному делу. «Следовательно, эти нормы не могут расцениваться как нарушающие права заявителя в указанном им аспекте», – заключил суд.

Кроме того, нерешенным остается вопрос предъявления проходящими в следственные изоляторы адвокатами паспортов. Такие требования установлены ведомственной инструкцией Министерства юстиции России и распространяются на все его объекты, в том числе уголовно-исполнительной системы. По словам представителей юридического ведомства, эти меры направлены на обеспечение антитеррористической защиты. Попытка адвокатов Федора Трусова и Валерия Федорова доказать незаконность норм, обязывающих кроме служебного удостоверения предъявлять еще и паспорт, не увенчалась успехом: «Удостоверение подтверждает право беспрепятственного доступа адвоката в здания судов и прокуратур в связи с осуществлением профессиональной деятельности. Вместе с тем федеральным законодателем не предоставлено право беспрепятственного доступа адвокатов на объекты (территории) иных органов при предъявлении удостоверения», – констатировал Верховный суд России, отклоняя доводы юристов.

Вас тут не стояло

В то же время даже получившие «добро» на свидание с подзащитными адвокаты не всегда могут с ними встретиться – во многих СИЗО юристы вынуждены часами отстаивать в очередях. В ФСИН ссылаются на объективные причины, в том числе недостаток кабинетов для конфиденциального общения, сотрудников, необходимых для вывода (конвоирования) арестованных, и так далее. Причем вместе с защитниками время в очередях чаще всего вынуждены терять и сами следователи.

В порядке эксперимента 12 марта Адвокатская палата Санкт-Петербурга совместно с региональным управлением ФСИН запустили электронную систему предварительной записи для посещения двух изоляторов – петербургского СИЗО № 1 (переехавших в Колпино «Крестов») и московского № 5 («Водник»). Зарегистрировавшись на специальном портале, адвокаты и следователи могут подать заявку на встречу за 21 день. Причем для коротких встреч (длительностью до часа) выделяются отдельные экспресс-кабинеты. 

Организаторы пилотного проекта подчеркивают, что введение электронной записи не отменяет запись в порядке «живой» очереди, для которой также отведут отдельные кабинеты. «Разрабатывая программу, мы постарались учесть все нештатные ситуации, возникающие при посещении следственных изоляторов. Надеемся с ее помощью разрешить проблему унизительных конфликтов, которые случались при составлении стихийных списков, в бытовом обиходе называемых «запись адвокатов в тюрьму», – убеждена руководитель рабочей группы по созданию системы электронной записи адвокат Валентина Левыкина.

Справка

В реестр Минюста в России внесено 73,4 тысячи действующих адвокатов. 

По данным ФСИН, в 217 следственных изоляторах и 98 помещениях при колониях, функционирующих в таком режиме, содержится более 106 тысяч обвиняемых и подозреваемых. Общая вместимость СИЗО оценивается в 131,5 тысячи мест. Ежемесячно мера пресечения в виде заключения под стражу применяется в отношении 14,3 тысячи человек, в том числе примерно 750 женщин и около ста несовершеннолетних.

Мнения

 

Нвер Гаспарян, советник Федеральной палаты адвокатов

Проблема недопуска адвокатов в СИЗО без разрешения следователя приобрела хронический характер. Именно для ее решения в апреле 2017 года были внесены изменения в Уголовно-процессуальный кодекс РФ. Они предусматривают, что адвокат вступает в уголовное дело в качестве защитника по предъявлении удостоверения и ордера, а не допускается к участию в нем с разрешения следователя либо иного должностного лица. 

Однако, как видно, с «дурными привычками» очень трудно расставаться. Вынесенное решение Мосгорсуда по жалобе адвоката Марии Стрельник вызывает чувство глубокого разочарования. Оно дает вполне понятный сигнал должностным лицам СИЗО и следователям действовать в прежнем ритме, фактически дезавуируя принятые нормы закона и грубо нарушая права граждан на защиту.

Борис Грузд, адвокат консультации «Защита по уголовным делам»

Федеральный закон, предоставляющий право адвокатам встречаться с арестованными подзащитными без «визы» следователей, на практике саботируется. Чтобы не тратить время на бессмысленные споры с сотрудниками ФСИН, защитники вынуждены получать у следователей печать и подпись на обороте копии ордера. Только такая отметка на практике подтверждает, что адвокат вступил в уголовное дело и следователь о нем знает.

Другая, также, наверное, вечная проблема – очереди, в которых адвокаты и следователи вынуждены ожидать встречи с находящимися под стражей обвиняемыми. В ряде случаев она имеет объективные причины. К сожалению, переезд петербургского следственного изолятора «Кресты» в новый комплекс в Колпино не решил проблемы очередей. С одной стороны, кабинетов для встреч стало больше, но конечная пропускная способность даже сократилась. Это объясняется недостатком конвоиров, обеспечивающих вывод арестованных.