Рейтинг@Mail.ru
home

22.05.2017

Безопасные наличные

Банки и государственные органы многих стран почти насильно пытаются заставить граждан отказаться от использования наличных денежных средств. Но пользователи банковских карт и иных электронных средств в России не защищены от мошенничества и злоупотреблений со стороны самих кредитных организаций.

22.05.17. АПИ — В настоящее время лимиты на использование наличных рублей установлены только для юридических лиц и индивидуальных предпринимателей. В розничной сфере (магазинах, кафе, транспорте и иных торгово-сервисных организациях) частные лица вправе расплачиваться ассигнациями. Нередко такой консерватизм помогает защитить свои накопления.

Навязчивое удовольствие

Представители банков, государственных органов и независимые эксперты считают бумажные деньги пережитком прошлого и настойчиво призывают граждан использовать карточные продукты и иные средства безналичных платежей. 

Хотя как на западе, так и в России безналичные расчеты внедряются чаще всего в полупринудительном порядке. Например, компании и предприниматели вправе в рамках одного договора проводить кассовые операции не более чем на 100 тысяч рублей. Хотя это ограничение легко обходится путем «дробления» – приобретение дорогостоящего товара или работа формально оплачивается по отдельным контрактам.

Граждане вправе использовать любые суммы, равно как и получать зарплату в кассе компаний. Однако еще с конца 90-х работодатели навязывают сотрудникам участие в так называемых «зарплатных проектах» – заработанные деньги перечисляются исключительно на банковскую карту, причем чаще всего выбранной администрацией кредитной организации. Поэтому чаще всего пластиковые продукты используются гражданами исключительно для снятия наличных через банкомат. Хотя если еще десять лет назад доля этих операций в обороте по картам превышала 90 процентов, сегодня почти треть зачисленных на такие счета средств частные клиенты расходуют на оплату товаров и услуг (то есть для безналичных расчетов).

Предупрежден – значит вооружен

Один из главных доводов сторонников отказа от наличных расчетов – безопасность. По уверению банкиров, в отличие от ассигнаций, утеря или даже кража карточки не причинит ее законному владельцу ущерба. Ведь, не зная PIN-кода, злоумышленник не сможет снять средства или приобрети товары. Доступ в интернет-банк большинства кредитных организаций защищен так называемой двухфакторной аутентификацией: кроме логина и пароля для входа или совершения операции необходимо получить на мобильный телефон SMS-сообщение с одноразовым паролем.

Но опыт внедрения пластиковых карт показал ненадежность таких технологий. Например, широкое распространение получил так называемый скимминг – получение копии и PIN-кода с помощью устанавливаемых на банкомат устройств. Банки крайне редко возмещали причиненный жертвам таких афер ущерб, так как формально операции по снятию наличных проводились с помощью карты и настоящего PIN-кода. Взыскать с кредитной организации списанную сумму законопослушным пользователям удавалось, только доказав факт непричастности к спорной транзакции. Например, через несколько минут после покупки, совершенной владельцем карты Банка Москвы в магазине Duty Free аэропорта Амстердама, та же карта была использована в Милане и Болонье. Не поверив в такое «растроение» пластика и его владельца, суд взыскал с кредитной организации причиненный убыток.

Принятый в 2011 году Федеральный закон «О национальной платежной системе» вводил так называемую «нулевую ответственность». Специальная норма обязывала банки информировать клиентов о совершаемых с использованием электронных средств платежа (карт, интернет- или мобильных сервисов и других) транзакциях и гарантировала пользователям возмещение убытка в случае совершения несанкционированного списания. Но потребитель мог воспользоваться такой привилегией при условии, что максимум на следующий день после получения уведомления о спорной операции направит в обслуживающий банк соответствующее заявление. В свою очередь кредитные организации освобождались от ответственности, только если докажут вину самого клиента – нарушение им порядка использования электронного средства платежа.

Возражения финансистов о возможном злоупотреблении настолько жесткими требованиями со стороны недобросовестных потребителей были отвергнуты: «Указанная норма соответствует существующей мировой практике регулирования рынка платежных услуг и призвана обеспечить защиту интересов клиентов при использовании ими электронных средств платежа. При этом необходимость защиты прав гражданина как экономически слабой стороны в правоотношениях между кредитной организацией и клиентом была подтверждена Конституционным судом России», – заявили в Банке России.

Правда, банковскому лобби удалось на два с половиной года заморозить применение новых стандартов – они вступили в силу только в 2014 году. И в первую очередь позволили кредитным организациям де-факто навязывать потребителям услуги по SMS-информированию, а также поднять тарифы за такой сервис. Не желающих платить предупреждали о грозящих опасностях.

Клиент всегда виноват

Складывающаяся судебная практика свидетельствует, что призванная защитить клиентов норма стала использоваться наоборот – практически все решения выносятся теперь в пользу банков. Служители Фемиды принимают на веру логику финансистов о 100-процентной надежности системы пластиковых карт. А следовательно, операции могут совершаться либо самим пользователем, либо с его ведома, либо из-за случайного раскрытия кодов, паролей и иных средств доступа. Последнее расценивается как «нарушение порядка использования электронного средства платежа».

Чаще всего жертвами мошенничества становятся клиенты ПАО «Сбербанк России», который нередко без активного согласия потребителей подключает сервис «Мобильный банк». При этом формально клиенты предупреждаются, что «каналы передачи сообщений и сеть Интернет не являются безопасными каналами связи». Такая оговорка позволяет крупнейшей кредитной организации уклоняться от ответственности: «Подключившись к «Мобильному банку» и к услуге «Сбербанк ОнЛ@йн» через сеть Интернет, истец согласился на получение таких услуг, осознавая, что они не являются безопасными, соответственно, согласился нести риски, связанные с возможным нарушением конфиденциальности информации при ее передаче таким способом», – констатировал Алтайский краевой суд, отклоняя иск одного из потерпевших.

Не удалось защитить свои права и ростовской пенсионерке Кутуковой. В течение нескольких лет, ссылаясь на пожилой возраст и неготовность разбираться в новых технологиях, она отказывалась от получения карты, пока сотрудники «Сбербанка России» не отказались принимать наличными оплату за коммунальные платежи. Но и получив социальную карту «Maestro», она не держала на ней больше 2-3 тысяч рублей, а когда после оплаты стационарного телефона не получила SMS-уведомление – сразу же обратилась с просьбой разобраться в ситуации. Но такая осмотрительность не помогла: 90 тысяч рублей мошенники списали со срочного вклада. Служители Фемиды не усмотрели в этом нарушений прав пенсионерки: «Направленные в банк сообщения посредством услуги «Мобильный банк» являются надлежаще оформленным распоряжением на списание денежных средств со счета карты истца», – отмечается в решении суда.

Нередко хищения совершаются благодаря «помощи» операторов сотовой связи, причем все известные АПИ случаи связаны с деятельностью ПАО «Мобильные ТелеСистемы» (МТС). Мошенники без особых проблем получают в офисах этой компании новые SIM-карты владельцев счетов. В результате законопослушный пользователь не получает уведомлений о входе в тот же интернет-банк и производимых списаниях, тогда как преступники легко запрашивают пароли, необходимые коды и так далее. Несмотря на отсутствие в действиях добросовестных клиентов какой-либо вины в произошедшем и нарушений, служители Фемиды отклоняют такие иски: «Указанные операции были подтверждены вводом одноразового смс-пароля, направленного на специальный номер оператора мобильной связи 900. Предоставление услуг «Мобильного банка» было осуществлено на основании полученного банком распоряжения в виде SMS-сообщения, направленного с использованием средства мобильной связи с номера телефона, указанного держателем при подключении услуги «мобильный банк», – заключил Московский 
городской суд, отклоняя иск клиента ПАО «Сбербанк России» Крылова.

Беру сколько хочу

Действующее законодательство де-факто не ограничивает и право банков в одностороннем порядке менять тарифы на обслуживание пластиковых карт и большинство иных услуг. То есть в любой момент за совершение платежа с пользователя кредитной организацией может быть удержано даже 99 процентов. Ограничения на такой «произвол» установлены только в отношении вкладов, а также получаемых с помощью национальных платежных инструментов (внедряемой также насильно карты «МИР») переводов из бюджета и внебюджетных фондов: через банкоматы выпустившей такую карту кредитной организации ее клиенты вправе получать наличные бесплатно, равно как пенсионеры и госслужащие могут не платить за выпуск и обслуживание пластиковых продуктов.

Руководство Банка России считает такую практику нормальной. Тогда как в Роспотребнадзоре расценивают даже саму возможность одностороннего изменения условий договора как нарушение прав клиентов и налагают на недобросовестные кредитные организации административные штрафы. Но судебная практика остается противоречивой. Например, служители Фемиды подтвердили незаконность подобных действий «Ситибанка». Тогда как, рассматривая дело ПАО «Сбербанк России», арбитражный суд пришел к выводу о возможности одностороннего изменения тарифов: «Ситуация, при которой согласование банком с каждым в отдельности физическим лицом, которое обращается за получением услуги, индивидуального размера платы за такую услугу или индивидуальных условий оказания услуги, недопустимо, поскольку является нарушением законодательства. Более того, предположение о том, что размер комиссионного вознаграждения или условия договора должны устанавливаться  по желанию каждого клиента, учет которого для банка будет обязателен в силу подходов, обеспечивающих защиту экономически слабой стороны в правоотношениях, приведет к действию множественности тарифов и условий банка или к полному их отсутствию, то есть к бесплатному оказанию услуг, что противоречит целям деятельности банка», – констатировал суд.

Справка

В 2016 году частные лица использовали 253 млн карт, за год по ним было совершено 16,4 млрд транзакций на 38 трлн рублей, в том числе 26 млрд рублей – на получение наличными, 11,2 трлн – оплата товаров и услуг. Общий оборот розничной торговли и платных услуг населению превышает 36 трлн рублей.

В России установлено 208 тысяч банкоматов, торгово-сервисные организации используют 1,8 млн электронных терминалов.

Мнения

 

Наталия Рассказова, заведующая кафедрой гражданского права юридического факультета Санкт-Петербургского государственного университета

Ограничение наличного оборота является ограничением гражданских прав. Оно должно быть обосновано – только для защиты безопасности, правопорядка и так далее. Да, весь мир ограничивает наличные, в первую очередь для борьбы с отмыванием денежных средств. То есть с точки зрения противодействия криминализации это необходимо.

Но я не могу согласиться, что безналичные платежи нерискованные. Наличные нужно беречь от традиционных воров и пожара. Я очень опасаюсь переводить все свои средства в безналичную среду, равно как осуществлять операции через Интернет. По моему мнению, к вопросу ограничения наличного оборота законодатель должен подойти разумно и что, очень важно, добросовестно.

Существующий закон о национальной платежной системе явно лоббирует интересы банковской системы, тогда как интересы потребителей отодвигаются на второй план. Гражданин остается незащищенным – на него ложатся риски за хищения. Однако на самом деле банк должен отвечать независимо от вины, так как осуществляет деятельность на основе риска. Единственное исключение – при доказанной вине кредитора. 

Храня в кармане наличные, человек зависит в первую очередь от себя и своей энергичности. При безналичном расчете от него ничего не зависит и адекватной защиты нет. Если не будет доверия населения к безналичным расчетам – никакие, даже карательные меры, не помогут.

Андрей Шамраев, заместитель директора Департамента регулирования расчетов Банка России

По статистике, у каждого жителя России есть в среднем по две карты. Думаю, что по этому показателю мы находимся на европейском уровне. Карты работают как средство безналичных расчетов, в том числе благодаря программам лояльности банков и развитию цифровых каналов. Эмитировать больше карт бессмысленно. 

В то же время надо признать, что карточный рынок в России эволюционно развивался через «зарплатные проекты»: людей, собственно говоря, не спрашивали, а принудительно выдавали им карты. Но благодаря этому теперь граждане привыкли использовать их добровольно. 

Говорить о возможности ограничения наличных нужно, решив вопрос доверия. В том числе встает проблема ответственности за внедрение новых технологий. Если бы потребителю сказали, что мы за все отвечаем, а ты пользуйся, рост безналичных платежей пошел бы по совсем другой траектории. 

Установление тарифов – вопрос очень неоднозначный. В некоторых странах этим занимается регулятор. Полагаю, что если крупный банк будет согласовывать с каждым клиентом изменение условий, работа на массовом рынке остановится. 

Станислав Пугинский, партнер Адвокатского бюро «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры»

Очевидно, что сохранение наличного денежного оборота в нынешнем объеме тормозит рост благосостояния, сокращает собираемость налогов, влечет значительные издержки для государства и является стимулом развития нелегальной миграции. 

Исходя из этих факторов, многие страны Северной Европы (Норвегия, Дания, Швеция) идут по пути полного вытеснения наличного денежного оборота и намерены завершить этот переход в течение пяти-десяти лет. По мнению властей, это сделает более комфортной жизнь граждан и сильно сузит поле для экономической преступности. Другие европейские страны нормативно ограничивают прием денежных платежей. В Греции лимит составляет 1,5 тысячи евро, в Италии – тысячу евро, ограничения введены в Великобритании, Франции, Испании и в США. Это направление может стать драйвером для развития и российской экономики.